Согласно легенде, после недельного знакомства с Грейс шах предложил ей занять место своей законной супруги (незадолго до этого Пехлеви развелся с первой женой Фазией). По всем приметам, Грейс должна была немедленно ухватиться за это предложение и дать свое согласие. Но она отказала шаху. Почему? На этот счет существуют две версии. Согласно первой, Грейс не любила шаха и побоялась связывать с ним жизнь, да еще вдали от родного дома. Вторая версия: против этого брака вновь выступили родители девушки, с мнением которых она всегда считалась. В итоге шах так и уехал к себе в Иран холостяком.
Чуть позже Грейс оказалась в числе любовниц еще одного влиятельного восточного красавца и повесы - сына имама мусульманской секты исмаилитов Али Хана. В 1949 году большого шума наделал его брак с голливудской звездой Ритой Хейворт (см. главу о ней), но Али никогда не был верным мужем и гулял, что называется, напропалую. В начале 50-х в число его любовниц угораздило попасть и Грейс. За темперамент в постели Али подарил ей роскошный браслет. Кстати, именно эта золотая побрякушка подвела черту под романом Грейс с режиссером Ричардсоном. Как-то, после занятий любовью, Грейс одела его на руку, чтобы похвастаться перед своим любовником. Ричардсон, который всегда был в курсе газетных сплетен, сразу догадался, откуда эта вещица перекочевала на руку Грейс. В сердцах он буквально сорвал браслет с руки девушки и запулил его в стоявший на подоконнике аквариум. После этого их отношения благополучно завершились.
В ноябре 1949 года Грейс дебютировала на бродвейской сцене в спектакле "Отец", однако никакой славы себе не снискала, поскольку критики признали спектакль провальным. Тогда Грейс подалась на телевидение, которое в те годы только входило в моду. Именно там она прошла хорошую актерскую школу, сыграв за три года более чем в 60 постановках. В 50-м году, благодаря стараниям Эдди ван Клив (как мы помним, она стала агентом Грейс в Голливуде), Грейс впервые снялась в кино. Правда, роль была настолько крохотная - она сыграла безымянную девушку в кабинете адвоката, - что ее практически никто не заметил - ни критики, ни зрители. Но, как говорится, лиха беда начало.