Ледяной ветер бросал пригоршни снега, мешая спускаться с обрыва в лагерь Грозового племени. Снег валил так сильно, что Огнегрив едва разбирал дорогу, однако продолжал идти, не разжимая челюстей, с зажатой между ними мышкой. Рот его давно наполнился слюной, ноздри щекотал запах свежей дичи. Огнегрив ничего не ел со вчерашнего вечера, и собственный голод служил лучшим напоминанием о том, как драгоценна любая добыча в сезон Голых Деревьев. Живот сводило от голода, но Огнегрив продолжал упрямо идти вперед. Воинский устав требовал сначала накормить племя, а уж потом заботиться о себе.

Он снова вспомнил о недавней битве, и ликующая гордость мгновенно согрела его, несмотря на снег, густо облепивший огненно-рыжую шерстку. Всего три дня назад воины Грозового племени помогли племени Ветра отразить нападение двух других лесных племен.

Многие воины были жестоко ранены в том сражении, так что оставшимся в строю охотникам приходилось выбиваться из сил, чтобы прокормить свое племя.

Протискиваясь в папоротниковый туннель, ведущий к лагерю, Огнегрив стряхнул снеговые шапки с колючих стеблей и зябко повел ушами, когда на голову ему обрушились холодные хлопья. Несмотря на то что густые деревья хорошо защищали лагерь от ветра, главная поляна встретила Огнегрива пустотой и одиночеством. В такой снегопад коты предпочитали отсиживаться в тепле. Густой снежный покров укутывал лагерь, скрыв пеньки и присыпав ветви поваленного дерева. Единственная цепочка следов вела от пещеры учеников к ежевичным зарослям, где размещалась детская. Огнегрив невольно вздохнул, вспомнив, что после трагедии с Пепелюшкой он остался без ученика.

Он потрусил по снегу к густому кусту, под которым была пещера воинов, и положил свою мышку в общую кучу — вернее, в сиротливую горстку еды, едва заметную на снегу. В сезон Голых Деревьев дичь была не только редкой, но сплошь худой и костлявой. Жирные мышки появятся лишь когда придет время Юных Листьев, а до этого еще ждать и ждать!