- А-а? О-ох, владыко живота моего! Чево-о?

- Вот тут...

- Тут есть до вас дело, - перебил гость, - позвольте войти.

- Войди, войди! - крестясь и, видимо, ничего не подозревая, проговорил Парамон и еле поплелся от двери.

Вошли. Приблизились к беседке и мы...

Парамон, добравшись до кровати (голые доски), сел, опершись ладонями в эти доски, и, слабо охая, опустил голову на грудь.

Мы думали, что он "испугается", и ждали испуга. Нет!

Парамон только охает...

- Вы откуда родом? - оглядывая стены, увешанные картинами, спросил квартальный и, поглядев на всевидящее око, глянул на дядю. Дядя глянул в открытую дверь, а мы глянули друг на друга. - "Что настряпали?" - говорил нам взгляд дяди. "Не я один - и ты!" - взглядывая друг на друга, говорили мы и сознавали, что поступили преступно.

Это все - дело одного мгновения.

- Родом откуда вы? ваше звание?..

- Чево хочешь? - ничуть не пугаясь и даже не думая взглянуть и рассмотреть хорошенько пришедшего, произнес, охая, Парамон.

- Родом, родом откуда, какой губернии?

- Родо-ом?.. Кур... о-ох ты, мать пресвятая!.. Кур... о-ох!

погоди-погоди!..

Парамон, всхлипывая от боли в спине, осторожно поводил плечами, желая подвести под вериги здоровые, неизъязвленные места тела.

- Курский, брат, о-ох, курский...

И опять помолчал и поохал.

- А волость наша - Почиваловская... Аль сам-то курский?..

- Полиция получила бумагу о разыскании беглого крестьянина Почиваловской волости, Парамона Денисова... Ты Парамон Денисов?

- Денисов? я!

- Парамон?

- Парамон! Парамон, брат, Парамон!

- Женат?

- Был женат, а вот уж восьмой год разженился.

- То есть семью бросил?

- Мне глас был...

И ни капли не испугался, даже тона допрашивающего не замечал, а говорил как всегда и со всеми.

- Разженился, братец ты мой! Сподобил меня господь...