Маргарита помолчала.

- А тебе не кажется, что наша встреча невероятна?

- Может быть, но ведь всякая случайность, как известно, есть проявление закономерности.

- Это уже что-то из диалектики.

Мы оба рассмеялись.

Можно было ехать в Париж и не заезжая в Марсель, но моя давняя знакомая решила показать мне этот город. Здесь меня удивило многое, но более всего как неожиданно, прямо по ходу движения, возникла статуя знаменитого микеланджеловского Давида, которую я видел в Москве в Музее изобразительных искусств.

Но чтобы на улице!

Мы повернули как раз в ту сторону, куда смотрел Давид и куда он направлял свою пращу. Поплутали по переулкам и остановились у здания, красный флаг на котором не оставлял сомнений в том, какому государству эта территория принадлежит. Но в консульстве нам не повезло.

По селектору, не открыв ворот, меня подробно расспрашивали, кто я такой, для чего во Франции, по какому вопросу обращаюсь.

Потом все-таки окончательно решили не открывать: дескать, нет никого из канцелярии. Никого - это тех чиновников, кто правомочен отметить мое пребывание за границей. "Приходите завтра!" - прозвучало привычное сочетание. Здесь оно прозвучало странно.

На мое возражение, что живу я в Провансе и это, прямо скажем, не ближний свет, и что завтра приехать мне сложно, микрофон недружелюбно выключился, и я остался в чужой стране, не принятый своими. Может быть поэтому возле консульства не было страждущих получить визу.

Однако настроение у меня не ухудшилось.

Мы сели с Маргаритой в машину и поехали дальше.

У выезда из города я залил в "реношку" горючего (на наши деньги полтинник - литр) и мы помчались в Париж.

Километров двадцать Маргарита дремала, а потом я вынужден был ее разбудить.

Широченную трассу, где даже я, не особенный любитель быстрой езды, легко шел со скоростью девяносто и сто, перегораживал длиннющий шлагбаум.