ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ Не только, Танюш. Тут вот там... посмотри... вот, видишь (показывает ей в папке).

ИВАНОВА Ну... это не наши дела. Это посох.

ИВАНОВ (подходит, смотрит в папку) Посох? А мы при чем?

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ (волнуясь) Ребят, ну мы же тогда, в январе, обсуждали... посох идет по третьему, Танюша у нас доверенное лицо, значит...

ИВАНОВА (перебивает его) Значит, можно мне совать чужое?

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ Как чужое? Танюша! Это же обсуждалось! Я тогда спросил Реброва - как быть с совместителями? Он сказал - Румянцева берет слово обратно. Ты не помнишь, разве?

ИВАНОВА Ничего не помню! (достает из кармана ручку и подписывает документы по очереди) По Ваське я подпишу... по седьмым подпишу... семеновскому подпишу... обрезку подпишу... а с посохом, дорогой, разбирайся сам.

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ (в сильном волнении) Как - сам?! Как сам?! Танюш! это же...

ИВАНОВА (раздраженно) Что - Танюш! Как подписывать, так сразу - Танюш! А как фонды - так товарищ Николаева!

ИВАНОВ Наташа права, Виктор Петрович. В прошлом месяце мы к тебе два раза ходили. И что? Ничего. А как вам приспичит - так вынь да полож.

ИВАНОВА Мы вон с Борисом Иванычем тогда три часа просидели, ждали, когда этот ваш Морозов соизволит появиться. Сидим как дураки! А сейчас я почему-то должна брать на себя ответственность. Морозов-то не спешил с Магнитогорском! Тянули, тянули до осени, а в октябре уже и надобность отпала...

ИВАНОВ Точно. Тянут, тянут, а нам потом на коллегии париться.

ЧЕЛОВЕК В ОЧКАХ Ребята! Но при чем здесь Морозов?! Я же не с ним составлял, а с Коломийцем! Я же...

ИВАНОВА (резко) Да! С Коломийцем! А он потом по обрезке нам так подгадил, Люба вон всю неделю не спала, с черными глазами ходила, все пересчитывала! Коломиец! Он Боброву подсунул решение, а сам - в санаторий и тю-тю! Пиши, губерния! Коломиец мне еще при Крылове пакостил, а Андрееву улыбался, как ни в чем не бывало! Не подпишу! Из принципа не подпишу! (передает папку человеку в очках и отходит к стене).