Из дома вышли трое.

- Петруччо! А мы, бля, последние известия слушаем! - оживленно заговорил полноватый в цветастой рубашке, подходя к машине.

- Что, уже объявили? - Юноша выбрался из машины, оперся на трость, наклонился и вытянул сумку с загривком.

- Десять трупов, ёптеть! - засмеялся полный.

- Одиннадцать. - Юноша указал тростью на Колбина, привалившегося к стеклу кабины.

Трое внимательно посмотрели.

- Распорядись. - Юноша захромал к крыльцу.

Шофер двинулся за ним.

Полный быстро сказал что-то двоим, они полезли в "Волгу".

Юноша вошел в дом. После небольшой прихожей сразу начинался просторный зал с баром и мягкой мебелью. Здесь же стояла дорогая стереосистема с колонками в виде больших белых раковин и большой телевизор, по которому передавали экстренные новости о нападении на Погребца. На стойке бара сидел щуплый лысоватый кавказец в черных кожаных брюках и кожаной жилетке. В кресле развалился некто длинноногий в джинсах, кроссовках и черной майке, с помповым ружьем на коленях.

Юноша остановился посреди зала с сумкой в руке, посмотрел на кавказца. Кавказец улыбнулся ему.

Вошел полный Виктор.

- Вить, я при чужих не буду говорить, - нахмурился юноша.

- Алик, это Гасан, дружбан мой.

- Мы так не договаривались.

- Алик, все в норме, не заводись.

- Я при чужих говорить не буду! - зло повторил юноша.

- Да нэ надо ничего гаварить, Алик. - Кавказец спрыгнул со стойки, взял лежащий рядом кейс, открыл.

В кейсе лежали пачки евро.

- Fuck! - Юноша негодующе посмотрел на кейс и на Виктора.

- Алик! - пошел к нему, разведя тяжелые руки, Виктор. - Алик! В чем проблема?

- В том, что ты не держишь слово! - бледнея от злобы, проговорил юноша и устало опустился в кресло.