Так и прошло воскресенье. Завтра - первый день отпуска.

...Что он вчера за весь день сказал-то? "Один до Парголова и обратно" да еще - "Одну большую". Это когда пиво пил.

Зато в прошлый отпуск болтовни было сколько хочешь. По графику Кравцов гулял в феврале, взял в завкоме бесплатную путевку на две недели в дом отдыха в Зеленогорск, жил там в двухместной палате с одним пенсионером, который мог рассуждать, рта не закрывая, с утра до самой ночи, и каждый раз, о чем бы ни начал, первые его слова были "моя полемика такая".

- Моя полемика такая, - говорил он за завтраком подавальщице, наливая себе из чуть теплого чайника кофе, - я всегда предпочитаю знать, что я ем и что я пью, чтобы иметь возможность своевременно обратиться к врачу. Вот я вас, девушка, и спрашиваю: как называется этот напиток - отвар из желудей или бульон от мытья посуды?

Подавальщица дергала плечом и отходила, нервно толкая вдоль столов тележку, заставленную тарелками с кашей, а Павел Ильич справедливости ради возражал этому... постой, да как же его звали?.. что за бесплатно можно и желудевого кофе попить. Но старик упрямо талдычил свое:

- Моя полемика такая: говорю, что думаю, не могу молчать, если вижу безобразие, а тут - безобразие, воруют кому не лень, ты посмотри, какие они сумки вечером домой тащат! Все - хоть повар, хоть судомойка!

После завтрака они с Кравцовым обязательно шли в вестибюль и выстаивали длинную очередь за газетами. Павел Ильич, как дома выписывал, так и тут всегда покупал "Ленинградскую правду". А Полемика набирал целый ворох - и "Известия", и "Неделю", если была, а больше всего предпочитал "Литературку".