- У тебя здо-орово получается! - уважительно протянул он.

Она пожала плечами:

- Может, поиграем в классики?

- Н-ну... давай, - ответил мальчишка неуверенно. - Здесь рядом есть асфальт...

В классиках силы их были равны, а может, она поддавалась слегка. Но ни один ни разу не наступил на неровные линии, прочерченные обломками кирпича. Может, поэтому им быстро надоело.

- А я тебя раньше здесь не видел, - он испытующе взглянул на нее.

- Я гуляла в другом месте. Там был красивый бульвар.

- Красивый? Разве бульвары бывают красивыми? Там же вокруг машины!

- Не везде. На моем бульваре не было машин.

- Ты что, - удивился мальчик, - на бульваре их и не бывает. Они там, рядом везде. А наш парк лучше бульвара. Здесь же есть пруд.

- Да, пруд - это да.

- А зимой он замерзает, и все катаются на коньках.

- И ты?

- Конечно. Лучше, чем папа. У папы такие большие коньки! В таких тяжелых коньках я бы тоже не смог кататься. А ты умеешь кататься на коньках?

- Немножко, - односложно ответила девочка.

- Я тебе покажу. Приходи. Ты будешь гулять зимой?

- Ты хочешь?

- Конечно. Мы слепим снеговика. А сейчас осень. Видишь, только листья. Из них ничего не слепишь. Только дядя Фоня может.

- А у меня нет дяди, - сказала она без выражения, так, как диктор по радио зачитывает прогноз погоды, которому никто не верит.

- Дядя Фоня - мой сосед, а совсем не дядя. Он собирает из них кирпарий. Знаешь как?

- А-а, - прозвучало невнятно и полувопросительно.

- Он собирает самые разноцветные, красные, желтые, а потом несет их домой и... и там у него есть... забыл... толстые книги со словами, знаешь, такие синие, а есть иногда красные?

Она кивнула.

- Ну вот, он их прячет между всех слов, закрывает книгу, а сверху кладет кирпич. Когда листья высохнут, кирпарий готов. Тогда он его клеит на бумагу для рисунков и показывает соседям.