Запах становится сильнее, но интенсивность его остается ровной дозорные неподвижно замерли в своих схронах. Андрей пошел напролом и удовлетворенно отметил, что был услышан. Понятно, до стойбища сопровождать его не собираются, умело и бесшумно сокращают расстояние. Они уже настолько близко, что заросли не мешают воспользоваться веревочной петлей.

Андрей услышал тихий, почти за пределом слышимости шелест, и отпрыгнул в сторону, обернувшись в прыжке - ему никогда не нравилось встречать атаку спиной. В тот момент, когда он обернулся, лугары кинулись на него. Андрей позволил бросить себя лицом вниз, в прелые листья. С ним не церемонились тяжело навалились на обмякшие плечи, прижали к земле, заломили руки за спину, скрутили их ремнем, рывком подняли. Андрей встал, отплевываясь от земли. В спину толкнули: "Иди!"

Селение на расчищенной от джайвы поляне поставили недавно и впопыхах. Временные легкие жилища из шестов, веток и шкур можно было легко и быстро разобрать - в этом тоже предусмотрительность вождя. На кусках дерна, снятого с костровых площадок еще не увяла трава. У очагов хлопотали женщины, играли дети. Пленника сопровождали угрюмые взгляды. Его поставили спиной к дереву, завели руки за ствол, связали кисти и оставили одного.

Солнце медленно катилось по безоблачному небу, тень уползала, и после полудня Андрей оказался на самом

солнцепеке. Капли пота скатывались по вискам, щекотали шею. Губы пересохли, язык сделался шершавым. Слепящее солнце било в глаза и даже прикрыв их, Андрей чувствовал, какое оно немилосердное. Лугары скрылись в прохладных хижинах, дети тихо играли в тени деревьев.

Что-то толкнуло в грудь. Андрей открыл глаза - перед ним стояла женщина, и он не сразу понял, чего она хочет от него. Женщина молча подняла к его губам кружку с водой и, с трудом их разлепив, Андрей припал к ней, наслаждаясь каждым глотком необычайно вкусной влаги. Женщина скользнула по нему презрительным взглядом - характер у Неле был под стать положению сестры вождя - и, не проронив ни слова, ушла.

* * *

Солнце уже село, когда из густого лесного сумрака на поляну вышли мужчины. Охотники устало сбрасывали с плеч добычу, женщины принимали оружие, снаряжение.