- Вышли булки,- пропищала толстая баба.

- У вас нет булок?

- Нетути.

- Как же это? помилуйте. Я у вас каждый день беру булки и плачу аккуратно.

Баба молча посмотрела на него.

- Возьмите крендель,- сказала она наконец, зевая,- или паплюху.

- Не хочу,- сказал Петушков и даже обиделся.

- Как угодно,- пробормотала баба и захлопнула форточку.

Ивана Афанасьевича разобрала сильная досада. В недоуменье отошел он на другую сторону улицы и предался весь, как дитя, своему неудовольствию.

- Господин!..- раздался довольно приятный женский голос,- господин!

Иван Афанасьич поднял глаза. Из форточки булочной выглядывала девушка лет семнадцати и держала в руке булку. Лицо она имела полное, круглое, щеки румяные, глаза карие, небольшие, нос несколько вздернутый, русые волосы и великолепные плечи. Ее черты выражали доброту, лень и беспечность.

- Вот вам, сударь, булка,-сказала она, посмеиваясь,- я было взяла ее себе, да уж извольте, уступлю вам.

- Покорнейше благодарю. Позвольте-с... Петушков начал шарить у себя в кармане.

- Не надо, не надо-с. Кушайте себе на здоровье. Она затворила форточку.

Петушков пришел домой в совершенно приятном расположении духа.

- Вот, ты не достал булки,- сказал он своему Ониси-му,- а я вот достал, видишь?..

Онисим горько усмехнулся. ...

В тот же день, вечером, Иван Афанасьевич, раздеваясь, спросил слугу своего:

- Скажи мне, братец, пожалуйста, что там у булочницы за девка, а?

Онисим посмотрел в сторону довольно мрачно и возразил:

- А на что вам?

- Так,- сказал Петушков, собственноручно снимая сапоги.

-А ведь хороша! - снисходительно заметил Онисим.

- Да... недурна...- промолвил Иван Афанасьич, глядя тоже в сторону.- А как ее зовут, знаешь?

- Василисой.

- И ты ее знаешь?

Онисим помолчал несколько.