Тетушка возлежала прямо над нашими головами неподвижно, ее одежды чуть колыхал ветерок, но при последних словах докладчика она встрепенулась, подняла голову и спросила, резонанс разнес ее голос на всю площадь:

— Это что еще за дорога? Она случайно идет не через наш прекрасный лес?

Человек на трибуне оторвался от бумаг и удивленно уставился на тетушку, он не привык, чтобы его перебивали.

— Я вас, вас спрашиваю, — повторила тетушка, взирая свысока на блестящую лысину докладчика, — какую дорогу вы ведете? Что это за дорога? Отвечайте же, пожалуйста!

Человек на трибуне растерянно молчал, потому что без бумаги, которую ему подготовили, он не мог произнести ни слова. Это все сразу заметили. Но стоящие рядом помощники в один голос заверещали, что так не положено, чтобы перебивать главу города, и этого никто никогда себе не позволял, и хоть тетушка — гость особый…

— А я не гость, — сказала сверху тетушка твердым голосом, и все замолчали. — Я здесь живу. А этот господин, который у вас зовется глава, он что-нибудь еще умеет, кроме чтения глупых бумажек?

Глава города посмотрел на тетушку, задирая голову снизу вверх. У него даже очки сползли на лысину. Ведь обычно ему приходилось смотреть наоборот, то есть сверху вниз.

— Вообще-то все знают, что я тут руковожу, — произнес он, чуть заикаясь и немного обиженно.

— А вы хоть летать пробовали? — строго спросила тетушка.

— Нет. Не пробовал, — отвечал глава. — Но мне по должности это вовсе не нужно.

— Это всем нужно, — парировала уверенно тетушка, отвернулась, решив, что их разговор закончен.

Обращаясь к детям, для чего она спустилась чуть пониже, она попросила их еще раз спеть какую-нибудь песенку, а на прощание попросила приходить к ней в сад, она угостит всех яблоками и расскажет, как научиться летать.