Тут-то Бурчилле Бормотуньевне и пришло в голову перебраться в телефонную трубку.

— Алло! Ты меня слышишь? — говорила в телефон тётя Римма. — И тут она входит, представляешь, и заявляет…

— Ш-ш-ш-ш! — зашуршала в трубке Бурчилла. И тёти Риммина подруга на том конце провода ничего не услышала.

— Она купила картошки! — изо всех сил кричала в трубку тетя Римма.

— Ш-ш-ш-ш! — шуршала мадам де Ворчунэ, и подруга опять ничего не слышала.

— Да нет, не морошки, а картошки! Тьфу! Пропади он пропадом, этот неисправный телефон! — И тётя Римма в сердцах бросила трубку, да так сильно, что Бурчилла кубарем выкатилась оттуда. И попала под ноги к мальчику Сашке. Ну и, конечно, мадам де Ворчунэ тут же проникла к нему под рубашку. Мальчик начал громко кашлять.

— Ах, боже мой! — воскликнула тётя Римма. — Я так и знала, что ты заболеешь! Всё оттого, что ты не носишь шарф! Марш полоскать горло!

Сашка поплёлся в ванную. Там Бурчилла выскочила из его рубашки и забралась в водопроводный кран.

— Бр-р-р-пш-ш-у-у-у! — завыл кран.

— Всё ты! — напустилась тётя Римма на дядю Севу. — Трубы воют, а ты ничего не можешь сделать!

Тут Бурчилла Бормотуньевна выбралась из крана и принялась раскачиваться на дверце шкафа. Кошка Мотька так испугалась, что забилась под кровать, тётя Римма стала ругать дядю Севу: мол, в шкафу сломан замок, дверца сама открывается…

Видите, как неприятно, когда в доме заводится Бурчилла? Все вещи сразу начинают скрипеть, а люди — ссориться. Как тут быть? Ведь вывести Бурчиллу ещё труднее, чем тараканов! И может быть, в квартире номер девять все перессорились бы между собой, но тут Бурчиллу заметила младшая девочка Анюта.