- Разве кто знает? Может в той, а может в этой. Солнце не знает. Луна не знает. Ветер не знает. А если и знают - не говорят. И правильно делают. Не место там людям.

- Легенда, - с нотой пренебрежения к рассказу, заявил Вадик, когда старый табунщик замолчал.

- Может и легенда, - согласился дядя Рифкат. - Гора Сундук вон стоит - легенда. Гора Лысая к ней тянется - тоже легенда. Две Сестры - легенда? Ты в школе учишься, умные книжки читаешь. Ты все знаешь. Мой сын тоже шибко умный, тоже все знает. И почему ветер дует, и почему гром гремит. Старый Рифкат в школе не учился. Рифкат с мало-летства коней пас. Сейчас совсем глупый стал. Скоро и про меня скажут - не правда, не было Рифката. Легенда была, а Рифката не было.

Коська увидел - обиделся табунщик, не понял слов Вадика.

- Легенда - это правда, дядя Рифкат, - пояснил он. - Только в нее годами немного сказки добавле-но. Не для врак, для красоты.

- Для красоты? Красота сама по себе живет. К ней ничего добавлять не надо, - сказал дядя Риф-кат.

И затянул свою бесконечную песню.

ГЛАВА 2

ЗАРНИЦА

Все правильно. Для Вадика рассказ дяди Риф-ката всего лишь красивая сказочка, легенда - не больше не меньше. Так он пренебрежительно вы-разился по дороге в лагерь. Его можно понять. За названием любой горы, речки или родника стоит своя история. И чем старее название, тем сказоч-нее рассказ о его происхождении. Но ведь никто никого не неволит. Хочешь, принимай за веру все как есть, а хочешь делай как сделал Вадик: по-слушал, покивал головой и забыл. Только и сказал позевывая:

- Монастыри... сестры... ветер - выдумки все это.

По отлогому склону горы они приближались к боковым воротам лагеря. Справа внизу ручей жур-чит - в темноте особенно четко всплески слышны. А воды не видно - сплошной вал из черемуховых и ивовых зарослей черной змеей ползет. Слева к тропинке сосны подступают. А в сотне шагов раз-ливают свет фонари. Коська слышит усмешливые слова Вадика. Надо бы ответить - легче в темноте с разговорами идти. Но что-то удерживает его.