Разумеется, мои мысли не заняты исключительно психологией - главное место остается за тобой. Я пытаюсь осмыслить наши отношения, пытаюсь вывести их на новый, более совершенный уровень. Хотя и того, что уже есть, с избытком хватит на десять жизней. И все же... я должен признаться, что к продолжению переписки есть некоторые препятствия. Листок бумаги стал просто листком - не мной и не тобой. Мне нет больше нужды прикрываться им, как будто он не бумажный, а фиговый. И заменять тебя листку бумаги тоже больше не надо - ведь я, слава Богу, имею счастье видеть тебя сколько хочу и когда хочу. Стоит ли расходовать эмоции впустую? Бумаге их не оценить. Подумай над этим. Ладно?
Вечно твой А.
Письмо шестое.
Моя самая любимая О.! Меня преследует страх. Нет, вру, - он не один, их много. Казалось, я расстался с ними навсегда, но вот они вернулись, и привели с собой обратно бумажного двойника. Что будет дальше - вот чего я боюсь больше всего прочего. Ты, возродившая во мне веру в самого себя, не смогла уничтожить комплекс неполноценности. Я не прошу жалости - избави Бог! и в доказательство готов назвать объективные причины, породившие этот комплекс. То есть я хочу сказать, что это не внутренняя моя установка, истеричная и капризная, которой мне якобы не хочется сказать последнее "нет". Есть внешние обстоятельства. Посуди сама - ну как не быть такому комплексу, когда я не способен представить, что же конкретно полезное, доброе могу я сделать для тебя? Какой от меня прок - по большому счету?
Тебе прекрасно известно мое материальное положение - фактор и без того достаточно мерзкий, а в моем случае - просто неприлично гнусный. Не будем его обсуждать, и без того ребенку ясно, что в смысле меркантильном я не могу подставить крепкое мужское плечо... Остановимся на главном - я инфантилен, непостоянен, необязателен. Пройдет еще немного времени, и ту частица моего "я", что спрятана в твоем существе, я окончательно усвою. С этого момента наши отношения вступят в полосу испытаний, поскольку с твоей душой примерно в то же время случится аналогичная беда.