– Так получается, мы на историческую родину вернулись? – возмутился Затычка. – Ничего себе нас родственники встречают!

– А ведь, правда, родственники! – неожиданно засмеялся Учитель Лабео. – Скажи мне, многоуважаемый Затычка из рода Розовых Данио, тебе этот человек ни кого не напоминает?

Вдоль обочины дороги шел, неся корзину на голове, человек. Обычный человек той страны. Одна нога у него была выкрашена в синий цвет, другая в розовый. А тело до пояса в желтый.

Все посольство, с интересом слушавшее их разговор, как по команде уставилось на желтую курточку Затычка, розовую и синюю штанины.

– Как тесен мир! – вздохнул Затычка. – На краю Земли встретить тысячеюродного дядюшку. Польщен, польщен!..

Пока их везли куда-то в неизвестность, Шустрик шею растянул, пытаясь высмотреть птеригоплихта. Но ни одного не было.

Страшная мысль закралась ему в голову: а что, если сородичи Малыша водятся не здесь? Ведь должен был бы хоть один попасться. И панаков, и перевертышей они видели. Где же птеригоплихты?

Но тут они подъехали к большой деревне или небольшому городку, – с какой стороны посмотреть. Не доезжая до домов, воины свернули, и направили повозку к отдельно стоящей усадьбе.

Там акватиканцев высадили в центре мощеного камнями двора и опять воины окружили их кольцом копий.

Таких домиков данюшки раньше не видели. В отличие от узких, двух и трехэтажных домов Акватики с высокими черепичными крышами, этот был широким и приземистым. Квадратные деревянные балки каркаса поддерживали плетеные стены. Почти плоская соломенная крыша далеко выдавалась со всех сторон, образуя возле стен что-то вроде навеса. По краю ее поддерживали столбики, установленные вдоль помоста – получилась изящная, прикрывающая от дождя галерея.

Вокруг домика пышно цвели зеленые кусты.