- Скифин, - время от времени говорят ему ректорат, деканат и общественные организации - Ты лодырь Мы тебя вынуждены исключить.

- Я не лодырь, - отвечает Сашка Скиф, - я феномен. Вы изучать меня должны, а не исключать. На мне кандидатскую диссертацию можно защитить!

- Ты дурочку не валяй, - горячатся ректорат, деканат и общественные организации. - Вот завалишь сессию - сразу исключим.

- Если завалю, то конечно, - соглашается "феномен", - только я не завалю.

Как известно, философствование в ректорате, деканате и общественных организациях ничем хорошим не кончается. Скифу выносили выговор, фотографировали его для стенной газеты, и "феномен" опять отправлялся в лежку.

Когда до конца семестра оставалось недели две, Сашка Скиф поднимался из своей берлоги, сбривал щетину и развивал бурную деятельность. Он носился по аудиториям, фотографировал чертежи, копировал, подделывал и всегда укладывался в сроки.

Жил Скиф в комнате, которая всему корпусу была известна как "конструкторское бюро". Здесь на копировальном станке всегда можно было "содрать" чертеж, склеить шпаргалку или получить консультацию по любому вопросу, относящемуся к списыванию.

Кроме Сашки в "конструкторском бюро" жил еще один скиф - Мотиков. Мотиков имел флегматичную внешность и обладал иммунитетом против насмешек. Но иногда от чего-нибудь он начинал медленно, как плохо разгорающаяся печка, свирепеть и тогда делался страшен. В институте Мотиков держался на "гире". У него было первое место в области по подъему тяжестей. Целый семестр он или тренировался или разъезжал по соревнованиям. Списывать Мотиков не умел и обычно попадался. Получив "неуд", он шел на кафедру физвоспитания и заявлял, что бросает институт. Заведующий кафедрой, мужчина лысый и решительный, бежал в деканат.