Возьмем тот же волос на ноге. Чем отличается остальное тело от него? Да, ничем! Такая же окружающая наше сознание природа. И наша голова, как мясо, ничем не лучше. Даже выдергивать не надо. Возьмитесь за нее и вы нащупаете под кожей череп. А он уже не вы, а находка будущих археологических экспедиций. Да и вокруг взглянуть, ахнешь, сколько бегает покрытых мясом скелетов, думая, что они люди.

Взять меня. Вот вы думаете, что меня зовут Андрей. А я лежу и думаю, где это на мне написано. Нет, меня вообще никак не зовут. Или посмотрим на девушку, которая лежит рядом со мной. Ее зовут... впрочем, это не важно. Важно, что это существо имеет другое строение тела, красивые ноги и печальные глаза. Почему она грустит? Наверное от непонимания, отчего все так устроено. Ей хочется цели и осмысленности, хотя бы в наших взаимоотношениях. А их нет. Никак не хочет она смириться, что в жизни важен сам процесс, а не результат. Процесс - это жизнь, а результат - это смерть. Видимо, она над тем и грустит, что процесс всегда заканчивается результатом.

Но пойдем дальше в намерении поймать свой бзик. Даже предложение, которое вы сейчас читаете, может легко свести с ума, если каждое его слово прочесть, вдумываясь только в звуки, эти колебания частиц воздуха. Это тончайшее дрожание открывает целый мир и растворяется в хаосе. Что значит оно без человека? Мировой шум, ничто или бесконечность.

Сейчас я бесцеремонно вторгаюсь в образы вашего сознания только потому, что вы заинтересовались текстом, который я, лежа на диванчике, набираю на житкокристаллическом экране. Вы никогда не видели меня, не щупали моего тела. Ваш мозг всего лишь расшифровывает закорючки букв, превращая их в слова, логические связи и бесконечный букет смыслов. Важно ли, существует или нет в реальности моя плоть со своим набором особенностей, вроде родинки или того же волоса на ноге? Я - бестелесный эфир вашего сознания, впрочем, как и вы моего. Мы все друг другу только кажемся. Без имен, без родины, без плоти, но с идеей мира. И теперь, зная это, цель существования становится простой и легко достижимой казаться надо так, чтобы не было мучительно больно за бесцельно показавшиеся годы.