Лавочка,чуть скрипнув,прогнулась под тяжестью возникшего прямо из воздуха тела.Он,одетый в безуко-ризненный английский костюм и кашемировое пальто,закурил хорошую кубинскую сигару и спросил:

- Ну,что там у тебя появилось в Последний День?

Я медленно начал возвращаться к реальности.Встряхнув головой,чтобы согнать последние остатки душе-раздирающего наваждения,я протянул Ему блокнот и диктофон с плёнками.Минут десять он читал и слу-шал одновременно, вставляя иногда замечания типа:"орально-генитальное плоскодумие" и время от време-ни широко и приветливо улыбаясь или ругаясь вполголоса на каком-то уже пятнадцать тысяч лет как мертвом языке.Причем,я заметил,пленка в диктофоне прокручивалась более чем быстро...Закончив обра-ботку информации, Он внимательно посмотрел на меня и дружелюбно улыбнулся.

- А все-таки в этом что-то есть.-сказал Он.-Кстати,ты есть хочешь?

И тут,как это и полагается в дешевых романах,я,конечно же,вспомнил,что весьма проголодался.

3.

Тяжело в учении...

ещё тяжелей в лечении!

(из дембельского альбома

генералиссимуса Суворова.)

Мы сидели в моем любимом кафе на самой короткой улице Москвы.Только что мы симпатично покушали и теперь курили,наслаждаясь коктейлями.

- Ну,-снова начал Он,-теперь пришло время собирать,так сказать,камни, то есть подвести итоги.Слово предоставляется тебе.За прошедшее время ты встретил немало людей,и мне хотелось бы услышать твое мнение о них, о Победе и о твоем понимании всего произошедшего.От себя могу лишь ещёраз сказать,что вообще я доволен тем,как мы провернули эту операцию. Все прошло гладко,если,конечно,не считать того маленького столкновения с правоохранительными органами...Кстати,как тебе понравился гашиш?