Несмотря на сохранявшееся солидное положение, с конца 40-х годов — после вынесения ряда судебных решений — студии оказались уязвимы перед наступлением телевидения. Прежнее поколение руководства студий оказалось не способно удовлетворить запросы аудитории поколения бума рождаемости, вступавшего во взрослую жизнь в 60-е годы. Молодёжь быстро радикализировалась, недобро посматривая на старших. Студии же по-прежнему штамповали жанровые картинки с вечными Дорис Дей и Роком Хадсоном, выпускали крупнобюджетные эпические полотна «Гавайи», «Библия», «Кракатау», «К востоку от Явы», военные фильмы «Тора! Тора! Тора!» и «День высадки — 6 июня». А когда в середине 60-х несколько дорогих мюзиклов и среди них «Моя прекрасная леди» и «Звуки музыки» с большим успехом показали себя в прокате, студии наперебой стали предлагать их варианты, вроде «Камелот», «Доктор Дулиттл» и «Песни о Норвегии», последней, кстати, ленты для семейного просмотра. Вместе с тем, звёзды, тащившие на себе эти скрипящие телеги, не получали должного внимания со стороны руководства. А между тем в последующие пять лет Вьетнам из точки на карте где-то в Юго-восточной Азии превратится в жестокую реальность, забирая жизнь соседского мальчишки.

К концу 60-х финансовое положение студий здорово пошатнулось. По данным журнала «Вэрайети», в 1969 году в индустрии наметился трёхгодичный спад. Тогда посещаемость кинотеатров побила абсолютный рекорд 1946 года (78,2 миллиона человек за неделю) и начала стремительно снижаться, опустившись в 1971 году до отметки 15,8 миллиона человек. Кассовые сборы падали, издержки росли. Денег не хватало, а значит, повышались и проценты по займам. По выражению Барта, «так глубоко в заднице киноиндустрии побывать ещё не доводилось, без преувеличения можно сказать, что на поверхности её было не заметить».