В конце прошлого столетия Турчанинрвы представляли не более как старое имя. Фамилия Турчаниновых давно уж разбилась на ряд ветвей. Приплелись сюда люди с другими именами, они приспособились к владельчеству "с бочку": получили какую-нибудь долю в приданое за дочерью или "владельческой племянницей". Эту владельческую мелочь старые заводские служаки, гордившиеся былым могуществом Турчаниновых, презрительно называли "заводскими пьявками".
Дробность владения позволила более ловкой и близкой к верхам семейке Соломирских скупить большую часть владения и стать тем заводским барином, прихотью которого определялось заводское производство.
Во времена моего детства как раз заканчивалась борьба Соломирских за владение с последней Турчаниновой.
Так и говорилось: на половине Турчаниновой, на половине Соломирского, но больше "половины" звались по управляющим, которых тоже было двое: Трубин и Черкасов.
Нужно сказать, что рабочие и служащие, кроме "прихвостней", относились к этой борьбе с насмешкой.
Борьба, однако, была слишком неравна. У Соломирского было девяносто частей владения, а у Турчаниновой таял последний десяток, переходя через вторые и третьи руки к ее противнику. К концу восьмидесятых годов Турчанинова была сведена на положение "прихлебательницы", с которой перестали считаться. Ее дети уже вовсе не имели никакого значения.
Единственным владельцем заводов остался Соломирский.
ТУРЧАНИНИХА
"Марья Антоновна - ангел небесный", - говорили о ней заводские "присудари" и их жены. Слово "небесный" обязательно прибавлялось. Думали, видно, что одного слова "ангел" мало.
"Марейка-сука",- коротко определяла мастеровщина.
Одни в своем определении налегали на внешность, другие - на внутренние качества.
Даже в пору увядания Турчаниниха была красивая, хорошо одетая женщина. Немудрено, что в годы молодости она закружила, завертела последнего Турчанинова и разорила его дотла. Мотать она умела мастерски. В последние годы своего владельчества, не выезжая из Сысерти дальше Екатеринбурга, она ухитрялась спускать такие суммы, которые по тому времени были огромными.