
- Так ты же слова не даешь вставить... от этого ничего не остается. Ничего нет. Ни детей, ни дома...
- Ой, мама, после того, как столько людей убили... за один век убили столько, сколько жило на всей земле в прошлом веке...
- Но и в душе ничего не остается.
- Теперь обещают компьютеры. Даже рукопись выглядит странно -- кусок пластмассы.
- Когда я была маленькая, книга была не только "лучший подарок", как писали в твоем детстве, -- она представляла богатство. Библиотеки переходили из поколения в поколение... а теперь даже идеи умирают раньше, чем поколение состарится.
- Каждый имеет право жить, как ему хочется, лишь бы не мешать другому -- разве не это смысл всего, что происходит за все века.
- Нет. Разврат мешает жить другому...
- Ты называешь это развратом... ты поэтому отказалась от карь-еры артистки... ведь у тебя был талант... все говорили... а то, что бы тебя остановило... для многих это норма жизни... кто прав? Кто судьи?
- Ну, есть же другие, вечные, общие нормы.
- Кто их установил? Религия? А ты знаешь историю папства? Свя-щенники, которые продали и душу и тело власти?.. Не большевики же, которые врали и жили двойной моралью... нравственные убийцы...
