Яростной трелью взорвался телефон:
- Товарищ Хрущев, соединяю вас с товарищем Сталиным.
- Здравствуйте, товарищ Сталин.
- Здравствуй, Микита. Как дела на Украине?
- Все хорошо, товарищ Сталин. От имени миллионов украинских коммунистов, от имени всей золотой Украины поздравляю вас, наш дорогой, наш любимый и мудрый вождь и учитель, с днем рождения. Вам обязаны мы всеми победами в строительстве счастливой социалистической державы, вам желаем...
- Спасибо, Микита, - перебил его Сталин. - Всего этого наслушался я сегодня вдоволь. Насчет твоего сына Леонида. Мы тут посоветовались с товарищами и решили... - Наступила тишина и Хрущев замер, сжал трубку обеими руками так, что косточки хрустнули. - И решили, - продолжал далекий глуховатый голос, - простить его за молодостью лет.
Хрущев хотел выкрикнуть слова преданнейшей благодарности, но не мог произнести ни звука - внезапные спазмы сдавили горло.
- И один добрый совет: пусть добровольно вступит в РККА. Армия отличная жизненная школа. Вы меня слышите, товарищ Хрущев?
- Да, товарищ Сталин, - заговорил наконец Никита сквозь рвавшиеся из груди рыдания. - Отец родной, любимый, милосердный! Вовек, вовек буду помнить это. Как, чем смогу отблагодарить? Верностью, преданностью...
Сталин уже давно положил трубку, а Никита все говорил и говорил о переполнявших его сердце чувствах.
Берия, получивший запись этого разговора через день, внимательно перечитал ее несколько раз. При этом он одобрительно цокал языком - есть, есть у кого поучиться изъявлению искренней любви к гениальному земляку. Однако, порядок есть порядок - и запись эта вместе с рапортом НКВД из Киева была аккуратно положена в личное его, Берии, досье на кандидата в члены ПБ Никиту Сергеевича Хрущева. А как же, мало ли что с нами, смертными, может случиться. Завтра. Послезавтра. Подальше положишь поближе возьмешь.
ЗАДАНИЕ "КУЗЕН"
Сергей осторожно взвел курок и встал справа от двери. Посмотрел на свой любимый наган, вспомнил почему-то - с тридцать четвертого года было отменено право членов партии носить с собой личное оружие. Усмехнулся: "В нашем ведомстве это право еще остается. Даже для немногих беспартийных". Новым его ведомством было ГРУ, куда его с огромным трудом перетащил обладавший безошибочным нюхом на кадры Берзин.