Так вот, прихожу к ней домой, она меня в комнату провела: "Располагайся", - говорит. "Садись, - говорит, - куда хочешь, но от дивана держись подальше". Я квартиру внимательно оглядел - ничего себе квартира, не богатая, но уютная. И комната тоже замечательная. Правда, кроме, как на диван сесть там было не на что, ибо ничего предназначенного природой для сидения там попросту небыло. Ну я и плюхнулся на этот злосчастный диван. Хорошо так плюхнулся. С разбегу. И подлетел тут же метра на два вверх: у нее там под покрывалом доска с гвоздями лежала. Гвозди здоровые были, такими на дачах заборы сколачивают. Ну, она, сами понимаете, прибежала, заохала: "Предупреждала я тебя, говорит, - глупого, да ты не послушался. Снимай, - говорит, - штаны, я тебя сейчас йодом мазать буду". А я бегаю по комнате, как ошпаренный, больно мне, а главное - обидно, что в такую глупую ситуацию попал.

Ну, что оставалось делать, снял. Стою, понимаешь, весь такой красивый, и тут, по закону всемирного свинства, ее папаша заходит. То-ли я ему с первого взгляда не понравился, то-ли он чего-то неправильно понял, но, короче, я тут же оказался на лестнице. Со спущенными портками. Прямо напротив двери, из которой соседка в булочную выходила. Выходила, прямо скажем, некстати. То-ли я и ей не понравился... в общем, очутился я на улице. Быстро так очутился. Кувырком. Отправился я в больницу. Отвели меня к доктору, что в тот день практику у студентов вел. Я как его увидел, меня пот холодный прошиб. Лохматый такой, небритый, руки трясутся. "Ничего, говорит, мы тебя вылечим, будешь выглядеть на все сто, то есть, ну прямо, как я!" Нет, думаю, я столько не выпью. Положили меня на стол, а доктор практиканток своих подзывает и говорит: "Сейчас вы, девушки, на примере этого молодого человека будете учиться зашивать открытые раны". А одна отвечает: "Я, мол, шить не могу, я только штопать умею". Ну, чувствую, сейчас они на мне вышивать начнут. Крестиком. В общем, ушел я от них, как есть.