Чёрный терьер куда-то исчез, и Гав отпустил прутик: - У собак повсюду один язык. - А почему ж я тогда и людей здесь не понимаю? Тот мальчишка, помнишь? Ни он меня не понял, ни я его... - Да у вас, людей, там тоже язык разный. Помню, в наше кафе "Улыбка" зашли какие-то дядьки в шляпах, уж буфетчица Оля им и так и этак кричала: "Гав-гав! Кофе нет!", а те ни бум-бум. "Иностранцы", - вздохнула она. Пришлось им сварить. Так-то... - Ладно. А почему и здесь люди - одетые, а собаки - раздетые? - Нам это ни к чему, у нас шерсть. Да и люди иных голых собачек в жилетки и попонки одевают. - Выходит, и здесь... - начал Пальчик. - Хорошие хозяева и здесь заботятся, - перебил его Гав. - Не то вы, неженки, окоченеете. Быстро темнело. Кабины лифта нигде не было видно. - Заблудились? - ужаснулся Пальчик. - Не хнычь. Жди меня здесь, я сам быстрее найду. Гав унёсся, а Пальчик устало опустился на обломок кирпича. Ждал он недолго. За дремучим кустарником, густо усыпанным жёлтыми листьями, послышались чьи-то шаги Пальчик вскочил. Но это был не Гав, а чёрный терьер, поменьше размерами, чем прежний громила, подобрее своей кудлатой внешностью, но тоже с красной повязкой на лапе. Верно, жалкий вид имел мальчонка в клетчатом костюмчике, с ошейником вокруг тонкой шеи и привязанным к нему прутиком. Ни дать ни взять потерявшийся "щенок". Страж порядка сразу же заскулил над ним. Пальчик догадался, что терьер, сочувствуя, бормочет что-то вроде: "Ах, ты, несчастный! Потерялся! Где же твой хозяин, бедолага?" Не успел Пальчик опомниться, как и этот терьер взял его тоже за шиворот только не лапой, а зубами - и понёс прочь. Напрасно Пальчик негодовал, размахивал руками и вопил: - Оставьте меня! Пустите! Гав, где ты? На помощь! Добряк терьер уносил его всё дальше и дальше от того места, куда должен был непременно вернуться Гав, и только сдержанно порыкивал на строптивого найдёныша. Страж толкнул калитку в заборе, и перед ними оказалась улица. Здесь уже горели фонари.