- Расскажи,- не стал противиться Крам.
Иов сграбастал бороду в кулак и глубоко вздохнул:
- Тут, собственно говоря, много не расскажешь. Жил некогда Иов, человек праведный и состоятельный. Господь Бог, в очередной раз по душам беседуя с сатаной, побился об заклад: дескать, Иов, верный Мой раб, не отречётся от Меня, даже если ты разоришь его до нитки. Сказано - сделано, Иова разорили; он сел, разодрал на себе одежду и стал вопить, требуя от Бога ответа на один-единственный вопрос - за что? Он очень долго вопил, но, заметь, ни разу не возроптал. И Бог, в конце концов, снизошёл до него и запретил быть слишком любопытным. Он сказал Иову следующее - в иных, разумеется, выражениях: ну что - понял, да? понял, кто ты есть? не твоё собачье дело, не суй свой нос, куда не просят, и всё у тебя будет. Видел ли ты грозного Левиафана? по плечу ли тебе сотворить нечто вроде него? вот и молчи.
- А потом?- спросил Крам, и так это у него вышло, что Иов моментально вспомнил: сын его всего-то навсего шестиклассник - не слишком ли глубоко, в таком случае, копает родитель?
- Потом...- Иов поколебался.- Потом Создателю сделалось любопытно чего он так вопил? И Бог, обернувшись Иисусом, влез в человечью шкуру. Тут-то Он и понял, каково приходится Его детям - всё прошёл до конца: вытерпел и гвозди в ладонях, и молчание Творца, и сошествие в ад. А воскреснув, пообещал спасти любого, кто в Него уверует; сделать же это мог лишь соблюдающий заповеди, то есть - праведник. Что до заповедей - они тебе хорошо известны.
- Но у меня никак не получается их соблюдать,- на лице Крама выразилось недоумение.- И у других тоже не получается.
Иов не знал, что на это ответить, и пришёл в раздражение:
- Ни у кого не получается, поскольку речь идёт о субстанции "Х".