- Вы увидите нечто более удивительное! - воскликнул Шлеппиг.

Приведя Фейхнера в гостиницу, он открыл шкаф, достал из него модель аэростата и надул ее при помощи специального ножного насоса. Затем он расставил на столе фигурки французских солдат, посадил в гондолу русских и нанес Франции сокрушительное поражение.

Фейхнер аплодировал.

- Я вижу, что имею дело с патриотом, - сказал он. - Осталось повторить экспериенцию на практике.

- Я всего лишь скромный механик, - насторожился ученый.

Манера незнакомца менялась на глазах. Из простодушного туриста, пришедшего поглазеть на достопримечательности, он превращался во вкрадчивого искусителя. Не хватало только попасть из когтей полиции в сети заговорщиков.

Фейхнер словно услышал опасения изобретателя.

- Позвольте представиться еще раз, - сказал он, пронзительно глядя на Шлеппига. - Я не курляндский дворянин Фейхнер, а офицер россий-ской службы прапорщик Ярдан. Мне поручено немедля отвезти вас в Россию, живого или мертвого.

Как бы в доказательство своих слов этот пожилой прапорщик, ровесник иным французским маршалам, сорвал с лица густые усы.

- Mein Gott! - Шлеппиг опустился на табурет, чтобы не лишиться чувств.

- Разумеется, вы свободны в своем выборе, - поправился Ярдан-Фейхнер.

Излишняя театрализация и особенно сильное выражение "живым или мертвым" оказали на механика слишком сильное действие. Чего доброго, его могла хватить кондрашка до выполнения миссии.

- Мне стало известно, что полиция уже получила приказ о вашем аресте и отправке в Париж, где вы будете заключены в замок Иф, - сказал шпион, проворно подавая ученому стакан воды. - Итак, вы совершенно свободны, но ваш выбор невелик: почет и богатство в России или каменный мешок во Франции.

- Россия, - пробормотал механик.

По пути к российской границе Шлеппиг убедился в том, что для разгрома французской армии количество аэростатов надо по крайней мере утроить.