Берта согласно кивнула, но принять предложение не торопилась, ей хотелось для начала осмотреть гостиную. Она подумала, что у такого необычного лиса и дом должен быть необыкновенным. В комнате оказалось очень много книг, журналов, музыкальных и компьютерных дисков. Стоял здесь и большой глобус, высотой Берте по грудь. На стенах висели географические карты и карты звездного неба, а также портреты известных путешественников. Одна стена была расписана масляными красками под лунную поверхность, над которой восходила Земля. Берта окинула взглядом гостиную еще раз и вынесла вердикт:

— Круто! — после чего удовлетворенно забралась в предложенное кресло. — Здесь столько всего любопытного. У вас, наверное, очень интересная жизнь.

— Интересная жизнь, дорогая Берта, только начинается, — ответил Улисс. — И для меня, и для вас!

— Ну, так рассказывайте скорей! Что за пророчество? Почему сегодня Ночь Несчастных?

— Обязательно расскажу, ведь затем я вас сюда и привел, — ответил Улисс. — Но позже. Сейчас я вынужден на какое-то время вас оставить.

— Почему? — разочарованно произнесла Берта. Ну вот… А она-то думала, что проведет весь вечер в обществе этого замечательного лиса.

— Потому что Ночь Несчастных требует наличия четверых участников. Меня и еще троих. Только тогда пророчество исполнится. Вас, милая Берта, я нашел первой. Но надо отыскать еще двоих. Поэтому я должен идти.

— А можно с вами? — с надеждой спросила Берта.

— Не стоит, — ответил Улисс. — Неизвестно, куда заведут меня эти поиски. Да и вам надо отдохнуть в тепле. Чувствуйте себя как дома. Сделайте себе чаю, посидите у камина… Я думаю, ваше ожидание не будет долгим, ведь меня направляет сама судьба!

После ухода Улисса Берта еще какое-то время смотрела на огонь, обиженно надув губки, а потом задремала…

Евгений

Пингвин Евгений чувствовал себя несчастным. Его отвергли. Им пренебрегли. Оскорбили в лучших чувствах. Он полюбил черствую, бессердечную хищницу. Сам виноват. Пингвину следует влюбляться в пингвиниху. Или, по крайней мере, в другую птицу. Но в птицу, а не в волчицу, как это сделал он.