— Мама… — жалобно заскулила Берта. — Не хочу быть дождинкой.

— Ребята, давайте пойдем отсюда, а? — предложил Константин.

— Да-да! — живо поддержал его Евгений.

Берта хотела уже выразить горячее согласие с этой замечательной идеей, как вдруг почувствовала злость. И, как уже случалось не раз, злость оказалось сильнее страха.

Лисичка стала посреди улицы, широко расставила задние лапы, передние уперла в бока, прищурилась и твердо сказала:

— Ну уж нет! Я хочу посмотреть, что это за ветер такой. Не на ту напали! Несчастные никогда не сбегают, все до конца не выяснив! Иначе мы никогда бы не нашли карту саблезубых!

— Но мы ее уже нашли, — напомнил Константин. — Так что вполне можем немножко побыть трусами. Героям это позволено. Никто не упрекнет героя за трусость.

— И думать забудь! Я иду разбираться с этим так называемым ветром! И вы пойдете со мной! Потому что вместе мы — непобедимы!

Не дожидаясь возражений, Берта решительно зашагала в ту сторону, откуда доносились звуки свирели.

— Да что ж такое… — проворчал Константин, тем не менее, двинувшись следом за подругой. — Как мне надоели подвиги.

А Евгений засеменил за друзьями, ничего не сказав. Он был слишком занят своими страхами, чтобы еще что-то говорить.

В конце улицы, в отдалении от остальных зданий, обнаружился одноэтажный деревянный домик с верандой. Вывеска на доме заявляла, что его адрес — «улица Кромешная, 13». А еще одна вывеска уведомляла, что «в этом доме жил и работал никому неизвестный гений». Веранда освещалась лампочкой над входом. На веранде, в кресле-качалке сидел тигр неопределенного возраста. Он кутался в поношенное, местами даже рваное пальто. Тигр играл на свирели красивую печальную мелодию. При виде Несчастных он стал наигрывать другую тему — пободрее.