— Вершина! Остановка пять минут!

Константин моментально вскочил, будто бы и не спал только что мертвым сном. Берта зевнула и принялась тереть глаза. Евгений даже не пошевелился.

— Эй, засоня! — Константин растолкал пингвина.

— Укхрбрам, — отозвался Евгений, открыв один глаз.

— Мы приехали, — сообщил кот.

— Так быстро, — жалобно подала голос Берта, принимая сидячее положение.

— Ребята, с такими темпами мы рискуем опоздать на перрон, — предупредил Константин, почувствовав себя лидером. «Я вовсе не стремлюсь быть главным, — подумал он. — Но кто-то же должен. Кто-то самый шустрый, расторопный, стремительный, быстрее всех просыпающийся».

— Подъем! — рявкнул новоиспеченный вожак, да так, что подчиненные (правда, не подозревавшие о том, что они подчиненные) подскочили на месте.

Константин выпрыгнул на перрон первым. Следом чинно спустилась окончательно проснувшаяся Берта. Последним выволок себя из вагона спящий на один глаз Евгений. Поезд фыркнул и тронулся с места. Вскоре стук его колес затих вдали, и друзья остались на перроне одни. Перед ними делало вид, что возвышается, скромное здание вокзала, вход в который венчала надпись «Вершина». Выше располагались часы, показывающие три часа ночи. А еще выше, уже над вокзалом, громоздились на фоне звездного неба черные силуэты Сабельных гор. Со стороны гор дул неприветливый ночной ветер. Такие ветра обычно дуют в тех местах, которые наименее пригодны для жилья. Они словно говорят: «Не надо строить здесь город, ничего хорошего из этого не выйдет. Ах, уже построили? Ну, тогда пеняйте на себя».

Берта с Константином поежились, а Евгений наконец открыл второй глаз и заметил:

— А хорошая погода здесь.