ИЛЬЯ: Я в театральный хочу поступать.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Опять он за свое! Хорошо, не хочешь учиться, иди работай.

ИЛЬЯ: Я хочу учиться. На актера.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Мы же с тобой обо всем уже договорились.

ИЛЬЯ: Ни о чем мы не договорились.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ну ходил ты в эту театральную школу, ну и что? Ходил для общего воспитания. Ты на своих одноклассников посмотри, кто-нибудь из них в артисты пошел?

ИЛЬЯ: Пошел. Вовка пошел. В ГИТИСе учится.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вовка всегда был дурак-дураком. Не пришей кобыле хвост. Таким и остался. А посмотри, остальные? Серьезными делами занимаются. Деньги зарабатывают. А ты что, опять собираешься у матери родной на шее сидеть?

ИЛЬЯ: Не собираюсь.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Ты же ходил до армии, на все эти туры-перетуры и ничего из этого не вышло. И хорошо. Тем более тебе уже поздно поступать.

ИЛЬЯ: Ты во всем виновата! Ты меня сколько лет от армии бегать заставляла. Все равно забрали.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я хотела как лучше. А теперь, конечно, легко мать родную обвинять, которая жизнь за тебя положила!

На глазах у ГАЛИНЫ ВАСИЛЬЕВНЫ появляются слезы.

ИЛЬЯ:(раздраженно) Хватит тебе, мам. Знаю я все твои штучки!

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Кого я вырастила-выкормила! Грубияна неблагодарного! Даже сердце заболело. Вот помру, жалеть будешь, но будет уже поздно!

ИЛЬЯ: Ну хорошо, мам, прости. Прости меня, пожалуйста. Ну что мне теперь, на колени встать?

Но тут ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА резко перестает рыдать.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Вроде, в дверь звонили.

ИЛЬЯ: Я не слышал.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Неудивительно! Отцу еще рано.

ИЛЬЯ: Это Вовка. Я с ним по телефону говорил.

ГАЛИНА ВАСИЛЬЕВНА: Я тебе ничего такого не внушаю, но твой Вовка поганец из поганцев! За два года ни разу не написал. А прошлым летом, перед тем, как к тебе ехать, зашла к нему, черкни говорю, другу, а он говорит, привет ему передайте. Одно слово, поганец.