- Постойте, - я внимательно посмотрел в глаза моему собеседнику. Так значит, вы все знали заранее, знали куда и зачем повезут этого человека?
- Лично я? Нет, я занимаюсь только внешним отслеживанием внутренних органов. Из Польши и дальше. Ну а мои коллеги, конечно, кое-что знали. Но мы ведь не милиция, в наши обязанности входит лишь сбор конкретной информации и использование ее в экстремальных случаях. Если б вам, например, пересадили бы в Германии печень Куприненко Степана Захаровича был такой лесник в Карпатах, вы бы сидели б себе сейчас спокойно дома и пили бы с женой чай. Но печень Куприненко пересадили другому господину, немецкому проффесору из Кельна. Печень Куприненко была получше вашей новой. Но и дороже. А так как вы получили печень с, так сказать, политической окраской, то тут уж ничего не поделаешь... Ну ладно, вам скоро ужин принесут, а мне домой пора. Всего доброго и до завтра!
Я опять остался один в стерильной тишине комнаты без единого окна. Мое самочуствие внезапно ухудшилось. Немного болела голова и как-то отчетливо ощущалась печень. Нет, она не болела, но словно резко прибавила в весе и в размере - я ее ощущал, как что-то инородное, что-то чужое, от чего надо было срочно избавиться... Я поднялся с кресла и прилег на стоявший рядом диван с велюровой оббивкой. Стало легче.
Через пару часов уже другая стюардесса принесла мне поднос с "авиаобедом", точно таким же, как и прежний. И снова минут через пятнадцать принесла и оставила мне небольшой термос с крепким кофе.