Она почувствовала себя бесконечно глупой, поскольку не могла сообразить, какие же выводы может сделать на ее месте разумная женщина из любви? И все, что она делала, отступая от своего субъективного чувства морали, оказывалось, в конечном счете, гадким и неверным. Вот простит ли она когда-нибудь себе все те любовные глупости, что писала ему на icq, когда другая ожидала от него ребенка? Она на минуту представила женщину, вышедшую за него замуж, и со страхом зажмурилась. Ни за что она не хотела бы оказаться сейчас на ее месте! Если она сделала это из-за любви, то любовь уже стала для нее мелкой разменной монетой. Если она сделала это ради материального благополучия, то все вещи должны были уже утратить для нее свою цену.
Так вот на какие галеры она готовила свой побег! Вот куда она пыталась удрать, не позволяя поглотить себя сожалениям! Она почти с радостью ощутила земную твердь под ногами и со смехом представила себе двух узников поневоле, спаянных несчастным, на кого-то безусловно похожим ребенком. Они теперь вдоволь могут делать вид на чужбине, что они настоящие, "сами местные", а не поддельные, прибывшие только на днях, что они имеют право жизнерадостно говорить "Хай!" и покровительственно улыбаться сосредоточенным негритянкам-кассиршам в супермаркете.
Вечером Синбад счел нужным отправиться на рынок, чтобы проверить дневную выручку у приказчиков своих складов и двух торговых палаток.