ЛИДОЧКА. Полиняла.

ШИЛОВ. А этот твой ... первый... дон Эжен... Что он?

ЛИДОЧКА. Пишет. Иногда. Недавно прислал фотографию. (Достаёт альбом, вытаскивает из него фото) Вот.

ШИЛОВ. (Брезгливо рассматривает фотографию) Хорош гусь. Дай-ка. (Берёт альбом, переворачивает страницы)

ЛИДОЧКА. Что ты хочешь в нём раскопать, археолог? дИНОЗАВРА?

ШИЛОВ. (Разглядывая альбом) Всё-таки я тебя очень любил, Лида.

ЛИДОЧКА. Это ты в альбоме высмотрел?

ШИЛОВ. Ты была моя настоящая, единственная любовь.

ЛИДОЧКА. Я это где-то читала. Только там было: настоящая, единственная и последняя любовь.

ШИЛОВ. Верно. /Отчётливо/ И последняя любовь.

ЛИДОЧКА. Врёшь, что ты на пенсии. Ты всё-таки в похоронном бюро.

ШИЛОВ (Продолжая листать альбом). А вот, наконец, и я. Какой красивый.

ЛИДОЧКА. Ошибся. Это опять дон Эжен. Барин.

ШИЛОВ. Если честно, я тебя к нему здорово ревновал.

ЛИДОЧКА. Странно. Почему не к Ромчику?

ШИЛОВ (мрачнеет). Ромчик... это не то.

ЛИДОЧКА. Ромчик не то? Ну знаешь ли.. Певец смерти из тебя хороший, а психолог никудышний. (Отбирает у нео альбом). Вот он Ромка, смотри. Ромчик - это мужчина.

ШИЛОВ. Этот мужчина тебя предал.

ЛИДОЧКА. Мне казалось: вы были друзьями.

ШИЛОВ. Были. Но после тог, как он тебя предал, так гнусно, так низко...

ЛИДОЧКА (резко). Замолчи! (Пауза) Извини. Наверное, у него на то были причины. И хватит об этом. А ты... ты что-нибудь о нём знаешь?

ШИЛОВ (морщится) Нет, ничего определённого. Живёт в Москве. В Питере не бывает.

ЛИДЧКА. Как в воду канул. Эх, Ромчик.

ШИЛОВ. (раздражённо) Перестань о нём говорить!

ЛИДОЧКА. Хочу и буду. Что ты мне за указ.

ШИЛОВ. А я говорю: не надо при мне. Иначе пожалеешь.

ЛИДОЧКА. Я думала: ты и вправду пришёл навестить бывшую жену, а ты... /Упрямо/ Ромчик. Ромчик. Ромчик! /Смотрит на реакцию Шилова. Тот затыкает уши, она перестаёт его дразнить, но стит только ему опустить руки, снова/ Ромчик. Ромчик.