ЛИДОЧКА. (Укоризненно) Женя, как ты можешь? У него же сердце.
ЭЖЕН. У него? (Смотрит недумённо на Шилова, спохватывается) Ах да, я и забыл. А в нём инфаркты, инфаркты...
(Входит странный человек, весь скрюченный, скорченный почти о земли. В руках - обшарпанный чемоданчик)
НЕЗНАКОМЕЦ (сиплым жалобным голосом, обходя стол с протянутой рукой) Минды мамочки и минды сестричечки. Минды братушки- солдатушки! Обратите внимание на моё безобращие. Весь иссохся в страданиях, как пустыня Азия.
ЛИДОЧКА. Ой, кто это?
НЕЗНАКОМЕЦ. Бродил по мукам, как по траве. Дайте копеечку. Можно две. Можно трёшку, злату серёжку, а лучше лучшего - бабу-матрёшку. ля калеки-калика не пожалейте шкалика.
(Лидочка наливает ему рюмку, подносит. Незнакомец принимает, выпивает, распрямляется, и... - перед нами Ромчик. Лидочка вскрикивает. Шилов потрясён. Эжен тоже слегка занервничал)
РОМЧИК (поставив рюмку) Волшебное зелье! Душе - вертикаль, а сердцу - веселье! (Чрезвычайно доволен произведённым эффектом. Ставит
на пол чемоданчик. Лидочке) А говорит попугай попугаю: я тебя, попугай, попугаю.
ЛИДОЧКА (в тон ему) Отвечает попугаю попугай: попугай, попугай, попугай! (Бросается Ромчику на грудь)
РОМЧИК. Я спустился вниз и отпустил шофёра.
ЛИДОЧКА. Ты откуда?
РОМЧИК. Прямо из Москвы. /Обводит глазами Эжена и Шилова. На Шилове взгляд его задерживается, глаза прищуриваются, губы кривятся в усмешке). Ба! Какие люди!
ЛИДОЧКА. Погоди, Рома, но ты ведь... умер.
РОМЧИК. По мне видно?
ЛИДОЧКА. По тебе нет, но... телеграмма. В ней написано, что ты умер.
РОМЧИК. Извини, не читал телеграммы. Ты разочарована?
ЛИДОЧКА (бросаясь на него с кулаками) Прекрати!
РОМЧИК. А что за телеграмма?
ЛИДОЧКА. Миша, покажи.
ШИЛВ (насупившись). Не покажу.
РОМЧИК. Дай сюда. Не ты в ней умер, а я.
ШИЛОВ. Не дам.
(Ромчик бросается на него но Шилов вытащил телеграмму и успел запихать её в рот. Торопливо жует. Ромчик умудрился-таки вытащить у него изо рта часть телеграммы. Шилов хочет запить бумагу, берёт со стола бутылку, но Эжен не дремлет, выхватывает бутылку и отставляет в сторону)