- Дорофеенко Москва вызывает.- металлическим голосом сообщила телефонистка.- Москва на проводе.

- Давайте.

Дорофеенко устало зевнул. Из трубки донеслось мычание.

- Слушаю, хэллоу. Кто это?

- Толик... м-м-м... Толик...

Он опять зевнул.

Мало людей называли его, поседевшего, степенного человека, Толиком. И он без труда различал их. Но тут не смог.

- Толик, это Пал Палыч.

- Пал Степаныч? Здравствуй, батенька. Что же монографию задерживаешь? Рассержусь!

- Нет, Толик, это Пал Палыч, учитель географии из твоей... из вашей школы.

- Пал Палыч? Ну как же, как же, помню. Чем могу служить?

- Вы, м-м-м... извините меня, голубчик, что беспокою. Я помню, у вас поясное время.

- У вас тоже поясное время. И у всех поясное...

- Я хотел сказать, у вас поздно. Может, разбудил?

- Пустяк! А в чем дело?

- Что?

- Пустяк, говорю.

- Нет, не пустяк. Разница во времени три часа. Но у меня завтра последний урок... м-м-м... в моей жизни. Меня... Я на пенсию...

- Поздравляю с заслуженным отдыхом. Помню, как вы беспощадно тройки мне вкатывали. За дело, ничего не скажешь, за дело.

Несколько искусственно хохотнув, Дорофеенко поднялся, одной рукой накинул халат.

Ему ежедневно приходилось общаться со множеством людей, и по первым вежливым фразам он умел угадать, что человеку нужно. Это помогало сэкономить время. А тут, наверное, со сна, не мог он усечь, зачем позвонил учитель.

- Все знают, Толя, что вы мой самый талантливый ученик.

- Полноте!