Супруга Солодина не беспокоила нас.

Наталья Николаевна, политолог, что значит по латыни "толкущий пыль", ничего тут не поделаешь. Зато она никогда не препятствовала вольному семейному выпивону своего мужа, поэтому выбор напитков и совыпивальщиков был основательный и точный, как выстрел снайпера: пили с ним только друзья, пили вкусно и не так уж много.

Мне не надо было приходить к нему тогда, третьего июня. Но если бы я не пришел, я не смог бы объяснить ему этого ни на языке людей, ни потом на языке неба. Он считал бы меня свиньей, как других своих друзей. А так, случилось то, что я увидел перед глазами, кажется, когда покупал водку.

Я пришел, мы выпили, обсудили повесть, он расплакался, я его уложил. Он перестал сопротивляться.

Меня Наталья Николаевна довела до лифта, и мы с ней еще разговаривали, а дверь лифта все время то закрывалась, то открывалась. Потом я поцеловал ее руки и в этот лифт вошел. Солодин жил на третьем. Я поехал на первый, но на втором вдруг остановился, двери открылись, и на меня пахнуло, несмотря на жару, холодом. "Кондиционер", - подумал я. В этом доме живет слишком много начальства, чтобы в нем было так же жарко, как и на улице. Я нажал кнопку первого этажа, но к моему удивлению лифт меня не послушался и вместо того, чтобы идти вниз, двинулся вверх. Дверь еще раз открылась, и холодная невидимая субстанция вырвалась к Солодину на этаж. Когда я вышел на улицу, то увидел, что одновременно идут два дождя.

Глава 2

ЗАПАХ ПРОПАДАЕТ!

Жены великих людей обыкновенно выдумывают разные фокусы, чтобы их мужья не вкусили очередной дозы зелья. Но также их мужья без всяких особых там способов ухитряются это делать. Каликин, например, говорит неискренние слова своей половине, за что даже в неурочное время может получить стопочку водки. Однажды, когда после утренней творческой разминки я пошел пописать собаку, он вот так прибежал ко мне с забинтованным грязным чулком ухом и не своим голосом шепотом заорал (время было раннее - шесть часов утра):