- Каждый раз в этих местах я вспоминаю о наших пионерах, - тихо сказала Рейчел и задумчиво посмотрела на Джерри. Сколько среди них было отважных первопроходцев...

- И, видит бог, отпетых авантюристов, - заметил Парсел.

Он любовался Рейчел: едва тронутые загаром нежные щеки, светло-карие глаза с огромными темными зрачками, выбившиеся из-под кепи каштановые пряди волос. И этот костюм и этот конь!

"Вот ведь не красавица, - думал он, глядя на нее, а есть в ней что-то от прелестной ведьмы, одухотворенной не злом, а добром. Не от феи, нет - от ведьмы! Ласковой, доброй, семейной ведьмы. да бывают ли такие? Вот ведь бывают".

- А чему это ты улыбаешься? - Рейчел, совсем как обиженный ребенок, оттопырила нижнюю губу. - Разве я сказала что-то не то? Уж здесь-то меня трудно заподозрить в невежестве. Я всего Фенимора Купера читала. Всего - и значительно позже тебя. Да!

Джерри молчал, продолжал улыбаться, думал: "Как она хорошеет во гневе!".

"Где уж мне равняться с Джерри в знании истории... Впрочем, как и многого другого, - подумала Рейчел, и слезы нахлынули сами собой. - Он ведь и старше, и умней - все так. НО к чему же смеяться? Я, дура, начиталась всех этих Кожаных Чулков да Соколиных Глаз - без особых анализов и раздумий, а он все смотрит сквозь призму научно-философских обобщений..." Рейчел рванула поводья и Гордый Принц мгновенно оставил позади Голубую Кровь с улыбавшимся Джерри. теперь ветви деревьев больно хлестали ее по лицу. "Но почему они мокрые? - подумала Рейчел, пытаясь отвернуться от стремительно набегавших веток.

- Ах, да это же мои слезы". Она медленно подняла голову. И тут же поняла, что идет дождь. На какой-то миг Рейчел выпустила из рук поводья. Гордый Принц на ходу резко тряхнул головой, поводья куда-то исчезли. Пытаясь их нащупать, Рейчел припала к шее и с ужасом поняла, что лошадь понесла. Кончился лес. Началось бесконечное ровное поле. Рейчел робко попыталась освободить ноги из стремян, еще раз, еще. наконец поняла, что ей это не удастся сделать. И лишилась чувств...