- Так точно, ваше превосходительство,- отвечал Шагалов, и звук его голоса, и вся его фигура олицетворяли почтительность.

- Так уж ты, Андрей, старайся,- увереннее и быстрее говорил барин,- а ежели я... э... сгоряча скажу что-нибудь... э... лишнее, так уж ты, того, не взыщи.

- Помилуйте, ваше превосходительство, уж это само собой, как же-с иначе,- почтительно говорил Шагалов.

- Ну да, я знаю, ты это понимаешь,- продолжал барин,- со своим приказчиком я не могу нежности разговаривать. Э... там зимой, мы и на вы, и за руку, и все такое, а теперь мне, э... приказчик нужен, дело делать, а не... э... миндальничать.

- Уж я это понимаю, ваше превосходительство,- уверял Шагалов,- уж вы меня знаете, останетесь довольны, не извольте беспокоиться.

Так начиналась летняя служба учителя Шагалова Барин говорил ему ты, называл Андреем, а иногда, под горячую руку, ругал скотиной и грозил заехать в морду.

Зато платил хорошо,- и не затягивал,- семьдеся-1 пять рублей в лето-деньги!

III

С УЧЕНИКОМ И С ГОСТЕМ

Инспектор гимназии кончал обед. Звонок.

- Несет нелегкая кого-то спозарапок,- сердито проворчал инспектор.

В прихожей открыли дверь.

- Да это не гость,- сказала жена, заглядывая со своего места в полутемную прихожую,- гимназист пришел какой-то.

- Гимназист Буров,-доложила горничная.

- Проводите в кабинет, пусть подождет,- недовольным голосом сказал инспектор.

Он нарочно затянул обед.

"Не вовремя приходят,-досадливо думал он,-есть гимназия, я не каторжный".

- Надо вовремя,- сказал он, входя в кабинет. Нельзя же во всякое время дня и ночи.

Буров, мальчик лет тринадцати, вскочил со стула, ловко шаркнул и навытяжку стал у дверей тесного кабинета. Инспектор сел в кресло, потянулся, строго оглядел гимназиста с ног до головы и сердито сказал:

- Пояс на боку.