- Чего ты?

- Ну... не ходи туда.

- Да никого там нет - я же видел! - Гость нетерпеливо хватался за ручку - и получал толчок в грудь.

- Ты что, а?!

- Но я же сказал... там есть!

- Кто?

- ...Пальто.

Иногда напористый гость дверь все же распахивал - изумленно говорил:

- Да нет там его.

- Есть, - с отчаянием понимая всю неубедительность, говорил Игорь. Оно... растворенное.

- Где?

- В ванночке.

- ...А зачем?

- Надо! - иногда он объяснял так, а иногда, отчаявшись, говорил: - А! Иди. Только осторожнее, умоляю. Не прожги его.

- Чем?

- А ты не понимаешь, чем?!

И когда настырный гость, застегивая ширинку, оттуда выходил, Игорек шептал страдальчески:

- Небось все прожег!

Главное, что установить это было невозможно. Стоя на страже фактически несуществующего пальто, Игорек извелся, хотя порой на него находили приступы прежнего очаровательного легкомыслия, и он напевал, почесывая носик, своим фальшивым тенорком известный романс:

- Рас-творил я паль-то! Стало душ-но невмочь! О-пустился пред ним на колени!

Потом, видя, что оно и не думает выкристаллизовываться, впадал в мрачность.

Но это было, как мы учили по химии, "первое агрегатное состояние". Не окончательное! Кончилось лето, к огромным окнам мастерской прилипли листья... Тут бы пальто и надеть! Но тут, увы, включили отопление, и... Я увидел вдруг Игорька, заглянувшего проведать вещицу и отшатнувшегося в дверях. Что ещe оно отмочило?

- Оно... там, - пробормотал Игорек.

Ну а где ж, слава богу, ему быть!

- Оно...

Явно еще что-то отчебучило! Я смело пошел - и тоже отшатнулся. Фантом пальто. В связи с отопительным сезоном жидкость перешла в пар. Оно висело под потолком... и сквозь него просвечивал кафель! А была добротная вещь!

Игорек воровато захлопнул дверь. Не вылетишь, птичка!