- Что ты, гад, хочешь от меня! - заорал Никитон и, отбросив клизму ярко-красного цвета, выскочил на улицу. Вот так поссорились близкие друзья из-за того, что слишком всерьез относились к жизни. Снизу Никита глянул: висит! Значит, ни к черту не годна его химия! Значит, он не ученый... а бабий хвост, тянущий с государства деньги, чтобы жена его покупала антиквариат!

- Но я ж не хотел! - спохватился Игорь.

После того целую зиму пальто летало! Слава богу, не превратилось в снег.

И вот! Теперь! Над простором Невы появилось облачко... материализовавшись где-то у золотого ангела... Оно? Никита, чувствовалось, еще не готов был к примирению: глянул и отвернулся. Облачко ширилось.

Неужто летит наш друг в пальто, научившийся-таки в нем летать, и мы снова будем вместе, как раньше? Вопреки всему?

2

Вопреки нашей последней размолвке? Ведь, надо признаться, плюс к пальто мы ещe успели наломать дровишек! Вот тут, свернув влево (чего не следует делать никогда!) у деревянного Иоанновского моста через Кронверку, мы и причалили месяц назад, на свою беду. Она стояла, распластавшись у гранитной стенки, как ящерка, греясь на солнышке, - сюда, за выступ бастиона, ветер не залетал... Зато мы залетели!

Мы и не планировали это плавание абсолютно серьезным, окончательным, последним - всего лишь, как говорят англичане, "трип" - превентивное плавание, подготовительное, разведывательное... Но получилась, увы, "разведка боем"!

- Ишь... распласталась! - Никита проворчал.

Я как джентльмен спрыгнул с высокого носа катера, подошел к ней.

- Привет. Ты кто?

- А Вика! А ты?

- А инженер! А поплыли с нами?

- А давай! А то я уже окоченела - кокетничать тут!

Я познакомил еe с Никитой, помню, даже сфотографировал. Никита, мрачный (уже тогда), проговорил угрюмо: