Ларт опустился на колени, взял ее руку в ладони.

- Я бесконечно сожалею о случившемся. Я знаю, жизнь ваша полна страданий, но не спешите и меня причислять к их числу. Может быть, я пришел помочь вам.

- Помочь? - Гретхен тяжело подняла глаза, выдернула руку. - Вы!? Послушайте, вы... - она в бессильном гневе сжала кулачки. - Оставьте меня! У меня больше нет сил! Хотите мне добра? Сделайте доброе дело - помогите мне уйти из этого мира, это самое больше, что вы можете для меня сделать. Хотите, я на коленях буду умолять вас?

- Нет. Я помогу вам, но не таким чудовищным способом.

- Ложь! Все ложь! - сорвалась на крик Гретхен, вскочила...

Но сейчас же опустилась обратно - в затылке встрепенулась и ожила боль, распускаясь тугим, пухнущим комком.

- Нет... - всхлипнула Гретхен, запрокидывая голову, вжимаясь затылком в спинку кресла.

Ларт взглянул в налитые чернотой глаза, в еще более побелевшее лицо и быстро вышел из комнаты. Он сразу вернулся с бокалом в руке. Гретхен, стиснув зубы, перекатывала голову из стороны в сторону, глаза ее были крепко зажмурены. Ларт подсунул ей руку под плечи, крепко прижал голову к себе, поднес бокал к губам.

- Пейте.

Она почувствовала терпкую густую жидкость на губах и проглотила ее. Это отозвалось таким пронзительным ударом боли, что Гретхен закричала, оттолкнула руку с бокалом, расплескивая его содержимое. Но Ларт крепче сжал ее, настойчиво проговорил:

- Пейте!

- Не могу... - едва слышно выдохнула Гретхен. - Больно... Больно!..

- Это лекарство, пейте! Или я силой волью вам в рот. Пей!

Захлебываясь, плача, Гретхен сделала еще несколько глотков, отстранилась.

- Не могу...

Ларт отставил бокал на пол и перенес ее на кровать. Он подсунул подушку под плечи Гретхен так, что голова ее оказалась навесу, лежащей на его ладонях. Пальцы гладили виски, шею, зарывались в волосы.