Ослик стоял мордой к носу лодки, и постепенно робость покидала его, он блаженствовал впервые за свою короткую жизнь возил не он, а его возили. Все было сказочно прекрасным - и это жаркое солнце, и небо, и море, и эта пахнущая чем-то знакомым лодка, и его новые друзья... Нет, нет, прочь сомнения, так можно отправляться только в какую-нибудь сказочную страну, где царит покой и нет никаких хворостин. Но, повернув голову, он увидел стремительно удалявшийся берег, где росла невкусная, жесткая трава, тающий в яркой синеве домик хозяина, и сердце на миг тоскливо сжалось в недобром предчувствии. Хотя это продолжалось очень недолго - короткий миг - и прошло. Потому, что рядом были друзья, ласково поглаживавшие его по спине, горячей от солнца. Конечно же, ребята в лодке думали совсем не так. Это ослик думал, что рядом друзья.

Ребята причалили к маленькому островку, осторожно высадили ослика, вылезли сами, привязали лодку к большому камню у воды и на время забыли об ослике, занимаясь своими делами - разворачивали привезенную с собою закуску,устанавливали на газетах, расстеленных на земле, стаканы и бутылки.

И ослик почти забыл о них, резвясь на лужайке, бегая по островку из конца в конец, прыгая от переполнявшей его радости, избытка воли и раздолья. А какая тут была трава! Высокая, сочная, крепкая, трава стояла, как длинный ворс на щетке, который однажды по ошибке ослик попробовал, получив за это крепкий пинок от старика сапожника. Старик красил дверь своего домика в зеленый цвет и, забыв помыть щетку, прислонил ее к двери, а ослик возьми да попробуй... Фу, какая гадость! Он до сих пор помнит сковавший рот мерзкий вкус и запах.

Но трава на островке была, конечно, не чета зеленой щетке - ослик так и припал к ней своими мягкими, шелковистыми губами.

Ребята вдруг заговорили громче, стали кричать, размахивать руками, швырять в воду бутылки, в ослика - объедки и вдруг внезапно, в один миг собрались, сели в лодку и отплыли от островка. Ослику не хотелось возвращаться, хотя солнце уже садилось, - тут было так хорошо! Но, увидев отплывающую лодку, он забеспокоился, подбежал к воде, тут же отпрянул и печальными глазами поглядел на ускользавшую лодку и на горланивших парней, размахивавших веслами. Лодка исчезла.