- Сравнил, - сказал Юрик, забирая у Мерзика косяк и делая затяжку, - у тебя ж видос какой. Ты скажешь, что дегенерат, тебе и поверят.

- A ты чисто интеллигент!

- Та я пару лет могу просто на повестки не отвечать. Свалить куда-то. На прииски в Сибирь могу, еще и бабок заработаю. В Крым могу поехать с хипарями, чисто попляжиться.

- Та, ты чисто, не догоняешь, - загнусавил Мерзик с пола. - Ты от них никуда не денешься. Это такие козлы, они тебя из-под земли достанут.

- Как они меня достанут?

- Та у них на каждом заводе, в самой вонючей их конторе свой кент сидит. У них, чисто, всe продумано до последней копейки. У меня один кореш есть, так он десять лет под дурика косил и всю их армаду проманал. Он в этом деле - профессор. Он мне объяснил, что ты если хочешь, чтоб тебе поверили, так ты не говори, что ты служить не хочешь. Ты говори, что если они тебя не призовут, так ты чисто в окно выбросишься и ли повесишься. Чисто личную трагедию переживешь. Говори, что тебе каждую ночь снится, как ты с автоматом на посту стоишь, а вокруг враги только шмырг-шмырг, как мыши. Что у тебя от бдительности сердце болит. Что не ты, так родина пропадет на хер. Они чисто перехезают, мол на фиг он нам нужен, он еще какую-нибудь кнопку нажмет и приехали. Война с Aмеричкой гарантирована.

Мерзик, шатаясь, поднялся и по дороге оторвал со стены мятый календарь с артисткой Гундаревой, которая тихо скользнула под кухонный шкафчик.

- От же сука, - проводил еe Мерзик.

Он нагнулся к магнитофону, стоявшему на подоконнике, и, повозившись над его вскрытыми внутренностями, отошел не солоно хлебавши.

Юрик смотрел в окно, выходящее на кирпичную стену соседнего дома. В окне напротив женщина с усталым, серым лицом, вывалившись за подоконник, развешивала на веревке белье. Длинная еe грудь болталась в вырезе халата.

- Засадить бы еe, - сказал Юрик.

- Ты, что дурной, это Валька.