— А мне больше по душе Сэлли, — заявил молодой человек в широком плаще. — Она классная актриса. Я собираюсь обязательно ее повидать и, быть может, даже с ней познакомиться. В два часа по программе они с Уиллом Леонардом должны раздавать автографы участникам съезда.

— Вот где я непременно окажусь в это время! — радостно заволновалась Бесс. — Подумать только: какая сказочная возможность! Я и помышлять ни о чем похожем не смела! Надо будет одолжить Уиллу ручку. Он напишет ею свое имя… А потом, когда будет возвращать ее мне, наши глаза встретятся и — как знать? — вдруг между нами промелькнет искра? А уж тогда…

— Следующий, — послышался равнодушный голос клерка, регистрировавшего постояльцев.

— По-моему, Бесс, ты поехала не туда. Не по назначению, — серьезным тоном промолвила Нэнси, когда они втроем торопливо шли к стойке регистратора. — Тебе нужен Съезд Любителей Романтики.

Минут через десять они уже были в своем номере. Разложив вещи, вся троица на лифте спустилась в большой бальный зал. Двери лифта выходили прямо в нарядную гостиную, где, видимо, устраивали приемы; за ней открывалось огромное помещение, разделенное на несколько частей рядами небольших киосков. В проходах между киосками возбужденно толпилась публика. Люди довольно бесцеремонно толкали и отпихивали друг друга, чтобы подойти поближе к выставленным экспонатам.

Вдалеке, в самом конце танцевального зала, виднелась сцена, над которой развевалось знамя. Надпись на знамени гласила: «Добро пожаловать, американские Любители Детективов».

— Эй, смотрите! — внезапно окликнула Джорджи подруг, указывая рукой в ту сторону, где, в нескольких футах от них, стоял очередной киоск. — Знаете, кто там восседает?

Нэнси и Бесс встали на цыпочки и дружно вытянули шеи, чтобы разглядеть человека, о котором говорила Джорджи. Над киоском висел плакат со словами «Вся нью-йоркская печать». Внутри расположилась рослая, грузная женщина средних лет.