- Ну а зайцы? - спросил я.

- Зайцы слабо вооружены. В драке между собой они могут нанести друг другу весьма тяжкие увечья. Вам не приходилось видеть?

Очередной заяц взлетел из-под ног в синее небо. Подлесок истаял, мы ступили на голый песок. Под ногами он не напоминал слоновую шкуру, а был ярко-желт.

- А вы видели?

- Видел.

Я расставался с зайчиками детства, обнимал их, ватненьких, и плакал. Это было лишнее разочарование. Надо же, какие звери именно зайцы! а не волки...

- А драку волков видели? - вредно спросил я.

- Не видел. И драку львов не видел. - Доктор был чуткий человек. - Я сам видел такую драку у воронов. Побежденный подставил темя - так победитель хватал себя когтями за клюв, словно желая его снять, чтобы не тюкнуть.

- Смешно, - сказал я, очень живо себе это представив. - Так и хватает себя на нос... Ха-ха.

- За нос - это смешно, - сказал доктор, - а за клюв - это серьезно.

- Вложить шпагу в ножны?

- Скорее уж так.

- "Ворон ворону глаз не выклюет" - об этом?

- Ну да... - уклончиво сказал доктор. - Может быть. Я этим не интересовался. Хотя, как всякая басня это про людей, конечно...

- Ну а люди? - спросил я со жгучим любопытством.

- Что люди? - спросил доктор, как бы недопоняв.

- Люди сильно вооружены?

- А как вы думаете?

- Куда уж сильнее...

Доктор только хмыкнул.

- Вы так не думаете?..

- Видите ли, я стараюсь так не думать, - неохотно сказал честный доктор.

- Это стоит усилий?

- Это стоит их. Мы с вами только что разобрали классический образец. Лоренц совершил свое открытие, преодолев тяготение антропоморфизма. Взглянув на меня со слабой надеждой, и обнаружив, что я ничего не понял, доктор продолжил: - Антропоморфизм - ошибка, в которую мы чаще всего впадаем, изучая животный мир. То есть мы наделяем животных своими свойствами и толкуем их поведение, исходя из своего опыта. Поэтому, скажем, мы так долго не имели представления о той же волчьей морали хотя бы, рассуждая о ней скорее по-человечески, чем по-волчьи.