Шаблин рассмеялся.

- Осадили...

- Значит, он? - спросила женщина.

- Он. Известите об этом официально всех, кого нужно.

5.

Александра Бартеньева готовили к "полету".

Нет, его не упрятывали в барокамеру, не закупоривали на недели и месяцы в тесные одиночки от мирского шума и суеты, не бросали какой-нибудь сверхмеханизированной катапультой...

В нескольких минутах ходьбы от института стоял коттеджик, на застекленные стены его напирала темная зелень густого сада - уютное гнездышко, мечта молодоженов. В нем лампы сами услужливо вспыхивали, ступеньки крыльца заботливо слизывали пыль с подметок, вешалки с поклоном подавали пальто и шляпу, и каждое утро сладчайший голос автомата "здравоохрана" произносил:

- Доброе утро, Александр Николаевич! Вы спали хорошо, пульс был нормальный, дыхание ровное и глубокое, деятельность мозга не превышала допущенного уровня. Приступайте к утренней зарядке...

Казалось, вырази Александр желание, чтоб ему почесывали перед сном пятки, - немедленно бы появился автомат и исполнил все с машинным прилежанием.

Одна комната обставлена на сугубо деловой лад: кресло, стол, большой телеэкран, вмонтированный в стену, матовая доска густого зеленого цвета с набором мелков - почти не усовершенствованная правнучка классных досок, на которых когда-то дети, изнемогая от напряжения, писали: "Маша варит кашу".

Ровно в девять Александр садился за стол перед телеэкраном и ждал, когда его посетит какой-нибудь избранный "дух". И "дух" появлялся, телеэкран мягко вспыхивал. Плотный человек с властным взглядом неумолимого подвижника, для которого ничего не существует, кроме его науки, говорил сочным баритоном:

- Здравствуйте, молодой человек. Приступим... Тема сегодняшней лекции "Абстрактный спектральный анализ". Попрошу вас подойти к доске и изобразить мне уравнение Шредингера...

И лекция начиналась.

Каждое утро - перед телеэкраном.