Собственно говоря, в этом смысле, мы читаем не книги, мы читаем самих себя. Но вот, наконец, мы замечаем, что книга уже не дает нам ничего нового, она застыла и не движется. Так и должно быть. Это значит, что все свое воздействие на нас, что было в ее силах, она уже произвела. Мы ее восприняли, она вошла в нас и растворилась там, переменив сам состав нашего существа. И тем самым умерла - принеся много плода. В сущности, такое же воздействие оказывает и просто обычная протекающая жизнь. Потому-то и воспринимается она как медленно прочитываемый текст. А не потому, что она наполнена не всегда предвиденными событиями. Ошибка это, никаких событий в нашей жизни не происходит, каждый из десятков тысяч дней, от первого и до последнего, наполнен всегда одним и тем же содержанием. Мы перечитываем изо дня в день ту же самую страницу. Протекающее время сказывается только на том, как поразному, по-новому эту страницу мы воспринимаем.

25. Кондитерская С. Вольфа и Т. Беранже находилась в доме N18 на углу Невского и Мойки (в этом доме, кстати, с 1824 года жил Фаддей Булгарин), и служила в свое время чем-то вроде литературного клуба. Пушкину она была хорошо известна. Именно здесь он, живший поблизости, на Мойке, встретился со своим секундантом Данзасом 27 января 1837 года. Было около четырех часов пополудни. Пушкин выпил стакан воды, после чего они вышли из кондитерской и отправились к месту дуэли, на Черную речку.

Нередко посещал кондитерскую и Лермонтов. Вскоре после гибели Пушкина его имя стало известно многим ее завсегдатаям - здесь же, за столиками, они переписывали "На смерть поэта". Как только стихотворение стало известно правительству, Лермонтов немедленно был арестован и отправлен в ссылку на Кавказ. В сороковых годах бывал у Вольфа и Достоевский. Весной 1846 года, прогуливаясь по Невскому, он зашел в кофейню почитать свежие газеты. В это время там находился М.