Потом, сообразуясь с результатами разведки, высылал в дело конницу и с визгом врубался в самую гущу репейников и чертополохов, которые геройски умирали, не желая, даже под столь бурным натиском, обращаться в бегство.

Димка ценит мужество и потому забирает остатки в плен. Затем, скомандовав "стройся" и "смирно", он обращается к захваченным с гневной речью:

- Против кого идете? Против своего брата рабочего и крестьянина? Генералы вам нужны да адмиралы...

Или:

- Коммунию захотели? Свободы захотели? Против законной власти...

Это в зависимости от того, командира какой армии в данном случае изображал он, так как командовал то одной, то другой по очереди. Он так заигрался сегодня, что спохватился только тогда, когда зазвякали колокольчики возвращающегося стада.

"Елки-палки, - подумал он. - Вот теперь мать задаст трепку, а то и жрать, пожалуй, не оставит". И, спрятав свое оружие, он стремительно пустился домой, раздумывая на бегу, что бы соврать такое получше.

Но, к величайшему удивлению, нагоняя он не получил и врать ему не пришлось.

Мать почти не обратила на него внимания, несмотря на то, что Димка чуть не столкнулся с ней у крыльца. Бабка звенела ключами, вынимая зачем-то старый пиджак и штаны из чулана. Топ старательно копал щепкой ямку в куче глины.

Кто-то тихонько дернул сзади Димку за штанину. Обернулся - и увидел печально посматривающего мохнатого Шмеля.

- Ты что, дурак? - ласково спросил он и вдруг заметил, что у собачонки рассечена чем-то губа.

- Мам! Кто это? - гневно спросил Димка.

- Ах, отстань! - досадливо ответила та, отворачиваясь. - Что я, присматривалась, что ли?

Но Димка почувствовал, что она говорит неправду.

- Это дядя сапогом двинул, - пояснил Топ.

- Какой еще дядя?

- Дядя... серый... он у нас в хате сидит.

Выругавши "серого дядю", Димка отворил дверь. На кровати он увидел валявшегося в солдатской гимнастерке здорового детину. Рядом на лавке лежала казенная серая шинель.