Впрочем, это получается рассказ про подругу, а я о ней уже писала хватит с нее - и даже вил в бок избежала. Когда она прочла рассказ, она себя не узнала. "Это надо же! - сказала. - Быть такой верной одному. Малохольная какая-то! Верить! В этой жизни! Честно скажи: это у тебя такое было?" - "У меня", - ответила я, хотя до этого вся дрожала, не обидится ли она, что я рассказала ее историю. "Ты сроду простодырая, - покачала она головой. - Прости, Господи, но ты хоть и умной числишься, а дурости у тебя процент выше. Я тебя сразу узнала, с первой строчки".

С тех пор я не боюсь писать о самых близких мне людях - никто себя не узнаoт. Понятие о себе - вещь таинственная и непознаваемая. Я точно знаю, мы - земля незнакомцев. Мы притворяемся, что знаем друг друга.

И мир непознаваем. Мне все больше это нравится. Раньше мечтала "дойти до сути", теперь - не хочу. Опять же как сказала бы подруга: "Тебе бы все блукать в потемках".

Блукатъ - бродяжить. Замечательное умственное дело. Лучше - нет. Никто никого не знает, никто ничего не знает. Истина не там, где мы.

К чему это я все? К тому, что приходят рассказы и я говорю им "кыш!". А потом еще придумываю и несуществующую реакцию на ненаписанное! Двойное сальто-мортале в голове - истинно русская деятельность. Нынешнее поколение с треском выбирается из нашей сокрушительной созерцательности через влагалище, пахнущее бергамотом. Правильно делают, между прочим. Если уж рождаться, так чтоб уж хорошо вокруг пахло. Я им завидую, ибо сама так не умею.

Многого не умею. Какого же черта прутся они ко мне ненаписанные? Эдакие славненькие эмбриончики, которых только выпусти... Но мне слабо превратить их даже в клопов, тараканов, медуз, всякую тварь и хоть таким образом, но дать им жить. Жить! Чтоб они проверещали про свое пусть даже через поганенькое, но тело, если приличное, с человеческими ушами, в кроссовках там или суконной юбке, я не удосужусь дать?

...были перепутаны вместилища. Не туда сыпанули. Расперли меня изнутри товаром, а ножки, носящие груз, дали тоненькие, слабенькие. Дыхалка ни к черту, коленочки хрустят, просто никуда не годятся и норовят выскочить круглой своей головочкой из розового гнезда, чтоб мне уж совсем и окончательно сломаться.