Я сижу на полу и прокладываю из лучинок мост между двумя валенками.
Бабушка снова начинает быстро-быстро вязать, а сама нет-нет да и взглянет на меня, приговаривая:
- Как радуются, как играют! И ягнятам весело, когда их двое. Вот если бы у тебя был брат или сестра, как было бы хорошо...
Я подбегаю к бабушке и прижимаюсь к ее плечу.
- У Фарита есть братишка, у Марата есть сестра, только у меня никого нет, - сейчас же жалуюсь я.
- А будь у тебя сестричка, ты любил бы ее? - спрашивает бабушка.
- О-о-очень бы любил! О-о-о! Если б у меня была сестричка!.. Я всегда носил бы ее на руках, ни разу не уронил бы. Как Марат!
Бабушка мягкой рукой гладит меня по голове. Мне хочется, чтоб она еще что-нибудь сказала, но она больше не говорит пи слова.
Я возвращаюсь к своему мостику. Но мостика уже нет. Ягнята, играя, рассыпали все лучинки. Ягнятам весело, их двое. А мне одному и играть не хочется. Если бы правда у меня была сестра! Я залезаю на сундук. Сестричка, о которой говорила бабушка, встает перед моими глазами как живая. Я так ясно ее вижу. Вначале она кажется очень маленькой, а немного погодя становится такой же, как сестренка Марата - Фагима. У нее рыжие волосы, а на красном платьице нарисованы кружочки, похожие на глаза нашего гуся.
Целый день я думаю только о сестренке.
Вечером ложусь в кровать и жду, когда бабушка коп-чит свою работу. Иногда так и засыпаю, не дождавшись, когда ляжет бабушка. Но сегодня я не могу уснуть. На дворе буран. Ветер ударяет в ставни, и они грохочут на весь дом.
И в такую пургу нет дома ни папы, ни мамы! Может быть, они гденибудь мерзнут... А сестричка моя? Мне кажется, будто она около папы и мамы...
Бабушка выливает воду из самовара, вытряхивает золу. Этим она всегда заканчивает свои дневные хлопоты. И вот уже погасила свет, ложится в свою постель, недалеко от меня.